А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 

По ее подпрыгивающей походке Говард заключил, что настроение у нее довольно веселое. Вероятно, Анжела улыбалась, но лица совершенно не было видно — из-за костра оно выглядело черным.
— Если ты не знаешь, — бросила она, — тогда чего же боишься?
— Не знаю.
— Да знаешь.
— Нет, не знаю.
— Сказать тебе, что я хотела сделать?
— Скажи.
Анжела всплеснула руками:
— Тьфу ты, не помню. Какая жалость. Господи, а минуту назад знала.
— Анжела.
Рассмеявшись, она резко повернулась на месте. Держалась она на несколько шагов впереди, но постоянно оглядывалась через плечо, пока не вошла в свет костра.
— Увидели там что-нибудь? — осведомилась Лана.
— Нет. — Анжела занесла ногу над бревном и села на него.
— А мы видели, — объявил Кит. — Правда, Глен?
— Да, да, да.
— Тогда раскошеливайся.
Говард присел рядом с Анжелой.
— Мой бумажник в рюкзаке, — пробурчал Глен. — Заплачу позднее.
— А, хочешь увильнуть. Выкладывай сейчас.
Бубня себе что-то под нос, Глен поднялся на ноги и поплелся вокруг костра.
Кит расцвел.
— Я уже стал богаче на пять баксов, а мы еще даже не нашли сокровища.
— Они поспорили на то, что вы будете целоваться, — доложила Дорис. — Восхитительные парни, да?
Говард почувствовал, как краска бросилась ему в лицо, а уши вспыхнули. Он взглянул на Анжелу. Лицо девушки было красноватым, но это, видимо, лишь отсвечивал костер. Неловкость никак не сочеталась с такой широкой улыбкой.
— Я предупреждала Глена, что не видать ему своих денежек, — вставила Лана. — Знала, что вы сделаете это.
— Замечательно, — буркнул Говард, к своему удивлению обнаруживая, что к досаде и смущению подмешивалась и определенная гордость. Возможно, и Анжела чувствовала то же самое, и поэтому улыбалась так, словно была чрезвычайно довольна собой.
Она отклонилась назад и посмотрела мимо него. Повернув голову, Говард увидел, как Глен выполз из палатки и заковылял к костру. В руке у него трепетала на ветру пятидолларовая купюра.
— Тебе не следовало ставить против нас, — сказала ему Анжела.
— Думал, ни у кого из вас не хватит духу сделать первый шаг.
— Я сейчас процитирую, — вмешался Кит. — «Если они захотят попробовать, то у них ничего не получится».
— Огромное спасибо, Глен, — произнес Говард.
Анжела неожиданно закинула ему руку на затылок, притянула к себе его голову, чуть развернув ее, и вопросительно заглянула в глаза.
Ты шутишь?
Улыбка исчезла с ее лица, и она прильнула приоткрытыми губами к его губам, мягко расплющив их. Когда язык протиснулся к нему в рот, у Говарда перехватило дыхание.
Прямо перед всеми.
Что на нее нашло?
Он был шокирован, смущен — и голова затуманилась от волнения.
— Вот это да! — воскликнул Кит. — Не робей!
— Зов природы, — прокомментировал Глен.
— Руку на сиську, Гаубица.
— Прекрати, Кит! — возмутилась Лана.
— Удваиваю ставку против того, что он это не сделает, — выпалил Глен.
Говарду показалось, что тело девушки немного напряглось. Словно из страха, что он действительно так поступит. Но она не отстранилась.
«Оставляет решение за мной», — понял он.
— Вы, друзья, больные, — бросила Дорис.
— Ну, чего вы? Принимаете ставку?
— Это ты напрасно, — сказал ему Кит. — У Гаубицы не хватит духу. Только не на такое.
Говард почувствовал, что Анжела слегка кивнула. В первое мгновение ему показалось: она соглашается с Китом в том, что он не осмелится прикоснуться к ее груди. Потом понял, что она таким образом давала ему свое согласие. «Сделай это, если тебе хочется, Говард. Я не против. Вперед и покажи им, что ты не трус».
«Только не так, — подумал он. — Не на пари. Не для того, чтобы что-то доказать этим олухам».
И слегка покачал головой, так, чтобы Анжела поняла.
Она отняла губы и еще раз легко поцеловала его коротким касанием влажных губ. Затем ее лицо вновь засветилось улыбкой. Она чуть отодвинулась назад и вытерла рот рукавом ветровки.
Кит протянул в сторону руку и выдернул банкноту из руки Глена.
— Большое тебе спасибо.
— Не так быстро, — промолвил Глен. — Твоя порция этого будет стоить пять баксов. — Он расстегнул змейку своей куртки, погрузил руку в свисавший на тренировочной кофте мешочек и вынул оттуда бутылку бурбона. — Надежное средство против холода.
— О Боже! — пробормотала Дорис, закатывая глаза.
— Годится! — расплывшись в улыбке и закивав головой, Кит сунул пятерку назад Глену.
— Он заплатил за всех, — объявил Глен.
— Не могу в это поверить, — пробормотала Дорис. — Лана, неужели ты позволишь им напиться?
— Я же не их мать, — и с ярко выраженным ирландским акцентом прибавила: — Я и сама не прочь хлебнуть чуток.
Говард засмеялся:
— Какая прелесть!
— А, спасибо те, дорогуша.
Глен свернул пробку, отхлебнул глоток и передал бутылку направо, Дорис, одиноко сидевшей в стороне на пне спиной к озеру. Та презрительно хмыкнула:
— Мне не надо, спасибо.
— Нам больше останется, — заметил Кит.
— Просто возьми и передай Анжеле.
Кивнув, Дорис взяла бутылку, наклонилась в сторону Анжелы и вытянула руку.
— Спасибо, — поблагодарила Анжела и поднесла бутылку к губам. Через мгновение после глотка скривилась и вздрогнула. Затем, выпятив губы, шумно выдохнула. Глаза ее заблестели. Они слезились. Осипшим голосом она произнесла: — Хороша отрава!
И передала бутылку Говарду. Тот сделал небольшой глоток. Прохладный во рту, бурбон, казалось, воспламенился в горле. Говард сделал глубокий вдох. Его глаза тоже заслезились.
Лана сидела слишком далеко. Говард встал, обошел вокруг костра и отдал бутылку ей.
— Спасибо, — промолвила она и отпила глоток. К тому времени, когда Говард вернулся на место, Кит уже поднимал бутылку.
— Умно вы поступаете, напиваясь, — донесся голос Дорис. — Одному Богу известно, где сейчас этот ужасный тип. Может быть, как раз следит за нами.
— Если следит, — откликнулся Кит, — мы должны предложить ему глоток. Эй, приятель! — закричал он. — Шварценеггер, Рэмбо, как там тебя! Подходи и выпей с нами!
Какое-то мгновение все сидели тихо и неподвижно, словно ожидая ответа из темноты.
— Вы только посмотрите на него, — заметила Дорис. — Он еще не напился, а уже ведет себя как дебил.
Кит широко улыбнулся и передал бутылку Глену.
— Значит, еще от пары глотков хуже не станет, правильно?
Хлебнув из бутылки, Глен хмуро взглянул на Дорис.
— Сделай мне одолжение, — попросил он серьезным тоном. — Я знаю, что ты считаешь меня грубым кретином и все такое. Но тебе придется признать тот факт, что это я вытащил тебя сегодня из озера. Так что ты моя должница.
— Как сказать.
— Выпей с нами. В качестве личного одолжения. Ты от этого не умрешь, а почувствуешь себя лучше.
— Очень в этом сомневаюсь.
— Я твердо убежден, — продолжал Глен, — что где-то внутри тебя сидит приятная молодая женщина.
Дорис ухмыльнулась.
— Я отвечаю за свои слова. Я видел ее мельком несколько раз. Может быть, если ты сделаешь пару глотков, это поможет ей выбраться наружу.
— В носовике застряла крошка печенья, — продекламировал Кит, — которая мечтает вырваться на свет Божий.
Лана толкнула его локтем.
Дорис пристально смотрела на Глена. Говард вспомнил, как они обнимались после решения остаться, и подумал, что, вероятно, Глен прав насчет хорошего человека, скрытого в ней.
— Я такая, какая есть, — взвилась Дорис. — Если ты думаешь, что твой пересыпанный розами мини-монолог и несколько глотков спиртного что-то изменят, то ты еще больший дурень, чем кажешься. Но ты действительно вытащил меня. Это надо признать. — Она протянула руку и взяла бутылку. Затем поднесла ее ко рту и сделала огромный глоток. — Вот. Довольны?
— Я просто пытаюсь сделать тебе приятное, Бог свидетель.
— Да кому это надо? — Она передала бутылку Анжеле.
— Тебе самой, — вмешалась Анжела.
— Что?
— Если бы ты перестала быть такой вредной, у тебя могли бы появиться друзья.
— А ты бы нравилась мне намного больше, если бы оставалась затурканной кроткой овечкой и поменьше открывала свой ротик.
— А ну-ка давайте прекратим все это, — вмешалась Лана. — Давайте не будем больше поливать друг друга дерьмом, а лучше немного повеселимся. Ладно?
Анжела кивнула, сделала глоток бурбона, от которого вздрогнула, и отдала бутылку Говарду. В глазах у нее была такая обида, словно от пощечины, и Говарду захотелось треснуть Дорис. Он переложил бутылку в другую руку и нежно погладил Анжелу по затылку.
— Давайте споем походную песню, — предложил с самодовольной улыбкой Кит.
— А как насчет историй о привидениях? — спросил Глен.
Говард хлебнул из бутылки и отнес ее к Лане.
— У меня есть идея, — промолвила та, когда он вернулся к своему бревну. — Мы филологи, так почему бы нам не сочинить стихотворение?
— Спустись на землю, — пыхнул Кит.
— Давайте. Опубликуем его в следующем выпуске «Орфея». — Она отпила из бутылки. — Я начну. — И зажмурилась. — Их было шесть вокруг костра, бесстрашных отважных ребят. — Лана передала бутылку Киту. — Твоя очередь.
Тот уже собирался пригубить, но Глен остановил его руку:
— Первый стих, Лонгфелло.
— Блин! Ладно. Их было шесть вокруг костра, бесстрашных отважных ребят… и тьма вокруг, там рыщет злой дух, и яйца от стужи горят. — Рассмеявшись, Кит выпил и передал бурбон Глену.
— Замечательно! О'кей! — Глен бросил свирепый взгляд на горлышко бутылки. — Он дрожит и трясется на страшном ветру и тянется к теплу костра. Но сильнее влечет его к девичьим телам, кипит в нем безумная страсть.
— Какие чувственные строчки! — воскликнул Кит.
Глен хихикнул, приложился к бутылке и отдал ее Дорис.
Та какое-то время ее рассматривала, затем лицо расплылось в улыбке, и она заговорила:
— А Дорис, противная жирная стерва, исполнившись праведного гнева, отняла бурбон у этих говнюков и швырнула его в огонь. — С этими словами она метнула бутылку: та пролетела сквозь языки пламени, откинула в сторону горящую ветку и, ударившись о низкое каменное ограждение, разлетелась вдребезги. Бурбон хлынул в костер и вспыхнул.
Глен смотрел на нее разинув рот.
Кит, похоже, тоже был потрясен. Глупо моргая, он пробормотал:
— Нет, вы видели? Видели, что она наделала? Бутылку грохнула. Разбила бутылку, твою мать. Видели? Глазам не верю.
Пока он лепетал, Дорис встала с пенька и пошла в обход Анжелы и Говарда.
— Дорис, — окликнула ее Лана, — куда ты?
— А что мне сидеть тут, в компании кретинов?
Подняв с земли рюкзак, она понесла его к ближайшей палатке, где опустилась на корточки и начала расстегивать «змейку» москитной сетки.
— Эй! Погляди! Это же твоя палатка!
— Ну и что, — буркнул Глен.
— Да она ее провоняет, и ты не сможешь в нее войти.
— Я сам все вижу. Она расстроена, и если хочет переночевать в моей палатке… — Он покачал головой. — Я все равно собирался привалиться здесь, у костра.
Дорис заползла в палатку, втащив за собой рюкзак.
— Там мои вещички, — тихо, словно разговаривая с самим собой, произнес Глен.
— Это ненадолго.
Они внимательно следили за палаткой.
Спальный мешок и рюкзак Глена никак не вылетали оттуда.
— Похоже, выселения не предвидится, — заметила Лана.
— Бесподобно, — пробурчал Глен. — И что мне теперь делать?
Говард посмотрел на часы:
— Еще и девяти нет. Не будет же она торчать там всю ночь.
— Хоть бы она никогда оттуда не вылезла, — буркнул Кит.
— Спасибо. И что я должен делать без своего спального мешка?
— Это твоя палатка. Войди и забери его. А еще лучше — вышвырни ее оттуда.
— Может быть, кому-то из нас следует переговорить с ней? — вступила в разговор Лана. — Она все равно понадобится нам, когда мы будем связываться с Батлером.
— А кто сказал, что мы должны с ним связываться? — изумился Кит.
— А ты, черт возьми, не хочешь, что ли? А как, по-твоему, мы найдем его сокровища, если он не укажет, где их искать?
— Я думал… ну, знаешь, может, это подождет до утра.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55