А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 


Но Ричмонд, пока милорд распекал своего сына, уже успел ускользнуть в конюшню, и Мэтью, проглотив негодование, последовал за милордом.
— Отец, я должен спросить… действительно, я настаиваю…
Его светлость остановился и повернулся, пальцы, сжимающие хлыст, напряглись.
— О? Итак, ты должен настоять. Надо же! Продолжай!
— Я должен сказать, что считаю, что вы должны мне… что вы должны мне объяснить… — Мэтью попытался сформулировать свой вопрос.
— Если ты думаешь, что получишь от меня какие-то объяснения, пока я сам не соизволю дать их тебе, постная твоя мина, то ты еще большая дубина, чем я тебя считал! Все, что я хотел тебе сказать, я уже сказал! А остальное тебя не касается!
— Нет, сэр! — решительно возразил Мэтью. — Так не пойдет! Вы меня не жалуете, не хотите, чтобы я занял ваше место, но когда… после того, что произошло в июне… я стал вашим наследником — никаких вопросов тогда не возникало…
— Ничего подобного!
— А теперь получается, что этот тип, который появился неизвестно откуда, вовсе не самозванец! Вот о чем, сэр, я имею право спросить, а вы просто обязаны мне ответить!
— Он никакой не самозванец!
— Прошу прощения, но какие у вас доказательства? Лично я считаю, что они довольно туманны. Если этот тип действительно сын моего брата, хотелось бы знать, почему он раньше не заявлял о своем существовании. Это очень странно! Если он имеет наглость выставлять свое так называемое требование против меня, я бы приказал Лиссетту уточнить правомерность его притязаний. Я виделся с Лиссеттом, но он говорит, что вы не пожелали попросить его не о чем ином, как только написать письмо, ставящее негодяя в известность, что вы примете его здесь. Послушайте, отец…
— Черт тебя побери! Когда мне будет нужен твой совет, я тебя спрошу! — грубо перебил его милорд. — Я еще не впал в старческий маразм! Да, я двадцать семь лет знал о существовании этого выскочки!
— Боже правый! — выдохнул Мэтью. — Знали… и ничего нам не говорили?…
— А с какой стати я должен был тебе об этом говорить? — требовательно спросил его отец. — Ты что, думаешь, я горжусь потомством какой-то ткачихи? По-твоему, я когда-нибудь воображал, что моим наследником будет щенок, которого я никогда и в глаза не видел? А что касается так называемых его требований… ты заблуждаешься! Он их никогда не выставлял! Он приезжает сюда лишь потому, что я сам позвал его! Он что-то и не спешит с приездом, — добавил милорд хмуро. — Если ты виделся с Лиссеттом, не сомневаюсь, он сообщил тебе, что парень — солдат. Мне известно, что он вот уже более пяти лет служит в армии.
— Вы хотите сказать, что следили за его карьерой?…
— Нет, не следил! Я об этом щепке и думать не думал! Старик Барнвуд столкнулся с ним, когда воевал на Пиренейском полуострове, и имел наглость вломиться ко мне в Бруке и спросить, знаю ли я, что мой внук воюет в 95-м полку. За это я был готов выцарапать глаза этому сующему свой нос не в свои дела надоеде!
Мэтью медленно произнес:
— Значит, когда мой брат утонул, вы уже знали. И тем не менее… Ради бога, сэр, почему вы не сказали мне об этом тогда? Почему…
— Потому что я надеялся, что этого дуралея убьют или я найду способ избавиться от него, — ответил лорд Дэрракотт с ожившим лицом. — Но он не убит, и способа отделаться от него я не нашел! Когда до меня дошло, что он станет главой семейства, я просто поверить не мог! И видит Бог, я уж постараюсь, чтобы ему придали соответствующий вид, прежде чем настанет моя очередь покинуть этот мир!
Глава 3
Винсент первым из двух сыновей Мэтью добрался до усадьбы Дэрракоттов, самолично правя парным двухколесным экипажем, в который были впряжены цугом три великолепных черных мерина. Ричмонд, который все это время находился в ожидании, увидя кузена, издал радостный вопль:
— Наконец-то! О, он сам правит тройкой! Да как умело!
И миссис Дэрракотт, которая не особенно жаловала Винсента, почувствовала до некоторой степени облегчение. По ее мнению, Винсент был опасным фатом, с ядовитым языком, обладающим несомненным влиянием на ее впечатлительного молодого сына. Однако, проведя битых три часа в атмосфере усиливающегося уныния, она уже была готова обрадоваться прибытию и самого Вельзевула. Милорд заперся в библиотеке, и занимать его гостей пришлось ей. Упражнение это состояло из сочувственного выслушивания жалоб Мэтью, риторических вопросов и устрашающих угроз. Не слишком трудная задача на первый взгляд, но миссис Дэрракотт была очень впечатлительной особой, и задолго до того как Мэтью, выговорившись, обрел более уверенное расположение духа, уныние, которое висело над ним, передалось ей, и жизнерадостность ее сошла на убыль. Любая попытка сменить тему с разрушенных надежд Мэтью на какую-нибудь другую терпела неудачу — он лишь автоматически отвечал на вопросы, при первой же возможности возвращаясь к неприятностям, занимающим его мысли.
Антея тоже обрадовалась приезду Винсента. Хотя она не была подвержена столь тяжкому испытанию, как ее матушка, однако и ей кое-что предстояло. После того как леди Аурелия отдохнет часок-другой в спальне и оправится от последствий тяжкого путешествия, придется сопровождать эту грозную и величественную даму во время тщательного и довольно продолжительного осмотра садов. В юности леди Аурелия с энтузиазмом занималась садоводством. И хотя после свадьбы она постоянно жила в многоэтажном доме в фешенебельном лондонском районе Мэйфер, не позабыла ничего из ревниво почерпнутых знаний по ботанике и всегда была готова поделиться ими с различными друзьями и родственниками, которых имела обыкновение навещать во время летнего сезона. Леди Аурелия никогда не позволяла ни одного критического замечания, но хозяева были готовы перекопать газоны лишь потому, что она кидала походя, с безразличной вежливостью: «Очень мило» — а ее манера не замечать сорняки и самых стойких повергала в стыд. Антее, которая совершенно не разбиралась в сельском хозяйстве, необходимо было запастись терпением, но зато она была избавлена от другой пытки, уступив место своей маменьке. Совершенно безразличным тоном леди Аурелия заметила, что ее муж, к прискорбию, выбыл из игры при появлении на сцене законного наследника, и не стала больше вдаваться в подробности этого события, занимавшего умы всех Дэрракоттов. И каждому было ясно, что для дочери графа титул пэра, переходящий по наследству лишь старшему сыну и его отпрыскам, не представляет ни малейшего интереса.
Выйдя на прогулку, она оказалась на аллее, ведущей от полуразрушенных каменных въездных ворот к северному фронтону дома, когда показался изящный экипаж Винсента. Прибытие старшего сына, казалось, не произвело на леди Аурелию особого впечатления, но она не стала и возражать против предложения Антеи встретить его.
Не успели они подойти, как из дома выскочил Ричмонд и оказался у экипажа, чуть застенчиво улыбаясь своему великолепному кузену.
— Какая крепкая у тебя хватка! Я следил за тобой!
Любитель быстрой езды бросил на него взгляд сверху вниз из экипажа, приподняв брови в преувеличенном удивлении:
— Но, мой милый мальчик, не думаешь же ты, что даже я сумею покрыть более шестидесяти двух миль менее чем за пять часов? Осмелюсь напомнить, что наш любимый регент проделал свой памятный переход до Брайтона за четыре с половиной часа. А тот путь, как ты знаешь, был гораздо лучше, нежели дорога сюда, даже в те древние времена. Или же ты подумал, что мое нетерпение добраться до дома моих предков — который, как я предполагаю, находится в дне пути от моего собственного, — заставило меня пуститься в путь до того, как я проглотил свой завтрак?
Ричмонд рассмеялся:
— Нет! Что за новая причуда, Винсент! Ты всегда управлял упряжкой серых! Это что, последний крик моды — впрягать тройку? Или это называется как-то по-другому?
— Да. Это называется «внезапная смерть», — ответил Винсент, вручая вожжи своему груму. — Нет-нет, мой маленький кузен, тебе управлять ими не позволено. В нашем семействе и так достаточно внезапных смертей.
Подобное обращение Ричмонд мог снести только от Винсента, кузена на десять лет старше его, который был небрежно-добр к нему. Только Винсент, этот наипервейший щеголь, мог наградить его самым оскорбительным эпитетом. Ричмонд попытался запротестовать, но с улыбкой, и прежде чем Винсент сумел, как обычно, раззадорить юношу до того, что Ричмонд стал горячо защищать свое умение управлять любым числом лошадей, к ним подошли леди Аурелия и Антея.
— А, Винсент! — только и произнесла леди Аурелия.
Он выбрался из своего экипажа, поспешно снял касторовую шляпу, поклонился и с несравненной грацией поцеловал сначала ручку, а потом щечку своей матушки.
— Моя дорогая мама! Моя милая кузина Антея! Мне вдвойне приятно.
— Какая неожиданность, — поддела Антея, пожимая ему руку.
Он сверкнул на кузину глазами:
— Каждый раз, как я сюда приезжаю, нахожу тебя все красивее и красивее, нежели прежде. Это просто какой-то феномен!
Антея не смутилась и только рассмеялась:
— Да, с годами я все поразительнее! Действительно необычное явление. Где твой братец? Ты, случайно, не заметил его на дороге?
— Постойте-ка! Мне действительно кое-что приходит в голову, и это заставляет меня чувствовать некоторое беспокойство! — воскликнул Винсент. — Я его видел! Обогнал Клода, пройдя, полагаю, в каком-то дюйме. Не представляю, как мне это удалось. Возможно, именно в этот фатальный момент мое внимание отвлеклось на новую рубашку, которую мой братец специально заказал для этой поездки. Да-да! Именно этот оттенок розового называется «девичий румянец». Однако опасаюсь, что, возможно, я сбросил Клода в канаву…
Ричмонд разразился смехом:
— Боже! Жаль, я не видел этого собственными глазами! Охота на белку!
— Нет-нет! Как ты можешь говорить такое, — запротестовал Винсент обиженным топом. — Сколько раз я тебе говорил, что это совсем не одно и то же. Интересно, не подвел ли меня глазомер?
— Глупая и низкопробная шутка! — бросила леди Аурелия с умеренной строгостью. — Если я узнаю, что Клод подвергся опасности…
— Тогда мне ничего не остается, как надеяться, что он остался цел и невредим, мама. К несчастью, все место действия сразу же скрылось за крутым поворотом, поэтому я не могу дать вам никакой определенной информации по этому поводу. Но ничего! За мной ехал Кримплшэм с моим багажом, знаете ли, и я уверен, вы можете положиться на него. Он непременно окажет моему братцу помощь. Который сейчас час? Как вы считаете, мне стоит предстать перед своим дедом тотчас же или… Нет, насколько я понимаю, до пяти осталось всего десять минут. Я прихватил с собой вечерний наряд, но без помощи Кримплшэма мне потребуется целый час на переодевание. Осмелюсь спросить, вы все так же обедаете в шесть? Что за дурацкая привычка! И когда прибудет Клод? Бедняжка! Ему не следовало заставлять своих форейторов [5] не пропускать меня, когда я хотел его обогнать. Я думаю, он почти заслужил это за свою глупость.
Когда миссис Дэрракотт стало известно от Ричмонда о происшествии на дороге, она была просто потрясена. Все это еще раз служит подтверждением, сказала она Антее, тому, что она никогда не ошибалась в отношении Винсента. Тот лишний раз продемонстрировал черту характера, какую она не хотела бы видеть в своем сыне. Винсент — завистливый, он бездельничает, и тратит деньги попусту, и, если она правильно поняла (в чем миссис Дэрракотт абсолютно не сомневалась), обладает такими вольными наклонностями, которые заставляют сильно волноваться его бедного отца. О, тут же исправилась она, восстановив в памяти все те события, которые ей пришлось пережить сегодня в полдень, он волновался бы, если бы обращал хоть немного внимания не только на свои собственные несчастья.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56