А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 


Верочка в этих походах не участвовала и проводила время в гостинице, стараясь никому не мозолить глаза.
На третий день Крюков дал ей собственное задание:
— Теперь твоя партия. Надо поселиться в гостинице «Златна котва». Там уже живет наш связник Благое Селич. Сейчас за ним плотно приглядывают Лукин и Демин.
— Есть причины не доверять?
— Нет, но стоит проверить. Его кто-то водит. Это заставляет соблюдать осторожность.
— Как я с ним свяжусь?
— Поселишься в «Златной котве». Осмотришься. Потом постарайся заговорить с Благое. Предложи купить у тебя перстень. Благое знает немецкий и русский. Начни с немецкого. Когда немного прощупаешь, назови пароль. Его придется запомнить по-сербски. «Овай прстен у вредности от две стотине долару».
Верочка понимающе кивнула.
— Все ясно. Овай — значит этот. Прстен — перстень. А вот при чем вредност?
Крюков улыбнулся.
— Вредност по-сербски не то, что кажется русскому. Так звучит слово «стоимость».
— Выходит, смысл в том, что кольцо стоит двести долларов?
— Точно, но фраза должна произноситься на сербском.
— Отзыв?
— Он спросит: «Диамант»? В смысле бриллиант. Нужно ответить: «Не, смарагд» — изумруд.
— У меня кольцо без камня.
— В том и смысл пароля. Кто его не знает, про бриллиант не спросит.
Послав к черту всех, кто пожелал ей ни пуха ни пера, Верочка двинулась в город. Она шла по улочке, которая круто спускалась к морю. Лукин, в потертой кожаной куртке, также купленной в лавке поношенных вещей, шагал метрах в двадцати позади нее и делал вид, будто идет по своим делам в сторону порта.
Верочка остановилась возле двухэтажного дома. Его фасад густо увивала виноградная лоза. Зеленое кружево затянуло стены так, что нельзя было определить их цвет. Над входом в дом, выложенным в виде полукруглой арки, помещалась облезлая вывеска: "ХОТЕЛ «ЗЛАТНА КОТВА». Рядом с надписью имелся рисунок, изображавший нечто похожее на рыболовный крючок. Это была гостиница «ЗОЛОТОЙ ЯКОРЬ».
Верочка открыла дверь. Тоненько задилинькал колокольчик, извещая хозяев о прибытии гостя. Но это событие в последнее время здесь стало настолько редким, что в пустынном холле никого не оказалось. Оглядевшись, Верочка села в кресло на тонкой никелированной ножке с четырьмя колесиками. Огляделась.
В помещении было сумрачно и прохладно. Окна, обращенные к солнцу, затенялись листьями виноградной лозы. На стенах в виде украшений висели потемневшие от времени литографии с морскими и горными пейзажами, рулевое колесо от старого корабля с надписью «ЯД РАН». Подчеркивая морской колорит гостиницы, золотым блеском сияла судовая рында. Должно быть, все старание хозяев при отсутствии гостей уходило на то, чтобы драить медяшку.
Ждать пришлось недолго. Колокольчик сделал свое дело. Со второго этажа по деревянной, поскрипывавшей под ногами лестнице спустилась хозяйка — сухонькая женщина лет пятидесяти с волосами, подобранными под косынку. Приветливо улыбнулась.
— Добр дан, госпожа.
— Гутен таг.
Произношение у Верочки было прекрасным. Его ставил настоящий берлинец.
Хозяйка сразу стала еще приветливей. Она могла объясняться по-немецки и обрадовалась гостье.
— Что угодно фрау?…
— Фрау Марта Шредер, — представилась Верочка, вспомнив фамилию одного из натовских генералов. — Я из Гамбурга. Туристическое агентство «Весь мир». Нам кажется, настало время снова открывать для отдыха Адриатику. Как вы считаете?
— О, я-я! Давно пора!
Хозяйка восприняла сообщение с энтузиазмом.
— Гостиница у вас очень уютная. — Верочка очертила рукой большой круг.
— Очень мило.
— Я, я, фрау Шредер. — Хозяйка связывала большие надежды с появлением гостьи. — Нас всегда любили туристы. Из Германии. Прекрасные люди. Выпьете вина?
Она суетливо дернулась, зашла за стойку, вынула бутылку, два чистых стаканчика. Вино было прекрасным. Верочка выпила с удовольствием. Спросила:
— Вы не против, если я остановлюсь у вас дня на два, на три?
— С радостью, фрау Шредер. У меня для вас найдется прекрасный номер. — Хозяйка тут же поспешила успокоить гостью в отношении цены: — Совсем недорого.
— Много у вас постояльцев?
— Немного. Эта война, фрау Шредер, украла всех гостей. Даст Бог, вернутся мирные времена.
— И все же, вы не сказали сколько…
— Всего трое. Семейная пара и еще один мужчина.
— Я вас попрошу не афишировать, что я остановилась у вас. Особенно для владельцев других гостиниц. Мне сперва надо разобраться во всем самой и очень спокойно.
Хозяйка расплылась в широкой улыбке. Желание гостьи не делать гласным свое появление было ей хорошо понятно.
— Так и будет, фрау Шредер. Так и будет. Можете на меня положиться. Еще вина?
Комната на втором этаже оказалась большой, светлой. В углу — эмалированная раковина. На стене большое зеркало в деревянной резной раме. Окно прикрывала выцветшая оранжевая штора. Перегораживая помещение пополам, стояла деревянная двуспальная кровать с пологом. Такие Верочка видела только в кинофильмах. У стены размещался деревянный двустворчатый шкаф.
Верочка подошла к окну. Открылся вид на внутренний дворик, выложенный торцами желтого кирпича. У стены высился штабель пустых пластмассовых ящиков с гнездами для бутылок. Пользуясь ими, можно было легко спуститься вниз и без труда подняться наверх.
В другом окне виднелась часть морского побережья.
Номер справа занимал Благое Селич. Судя по шагам, доносившимся через тонкую стену, он был у себя. Верочка поставила у двери стул и приготовилась ожидать, когда сосед выйдет из номера.
Сидеть пришлось долго. Наконец в коридоре хлопнула дверь, и стало слышно, как скребет ключ в замке — Благое закрывал номер.
Верочка встала и быстро вышла в коридор.
— Гутен таг!
Благое вздрогнул и обернулся так нервно, словно не закрывал дверь своего номера, а пытался открыть чужую. Увидел женщину и смущенно улыбнулся.
— Добрый день, фрау.
— Прошу прощения. — Голос Верочки сочился медом европейской вежливости.
— Вы не знаете, где в городе можно найти ювелира? — Верочка смущенно замялась. — У меня неисправен перстень. — Она выставила вперед палец, украшенный золотым кольцом. — Овай прстен у вредности от две стотине долару.
Благое в волнении облизал враз пересохшие губы. На какую-то долю секунды он оторопел, но среагировал автоматически: подслеповато сощурился, посмотрел на кольцо:
— Диамант?
— Не, смарагд.
— Здравствуйте, фрау…
— Шредер.
— Говорите по-русски?
— Вас не устраивает немецкий?
— Нет, фрау Шредер, вполне. Чем могу служить?
— Если честно, то сейчас послужить вам собиралась я.
— Даже так? — Благое скептически заулыбался. Верочка не обратила внимания на его реакцию.
— Скажите, у вас есть охрана?
Благое удивленно вскинул густые черные брови.
— Охрана? В таком-то деле? Нет, конечно. Я здесь один.
— Тогда имейте в виду: за вами ведется слежка.
Благое помрачнел.
— Вы серьезно?
— Да.
— И как все это выглядит, если не секрет?
Благое приехал в Сплит с миссией, о которой знали максимум три человека в главном штабе сербской боснийской армии. По пути он соблюдал все меры предосторожности, попал в Далмацию через Черногорию, сделав изрядный крюк, и потому притащить «хвост» за собой не мог. Сообщение немки не столько испугало его, сколько заставило думать. Кто мог его выследить?
— Вас водят двое. Мужчина и женщина.
— Вы знаете, кто они?
— Есть предположение. Мужчина — капитан Илич из главного штаба. Но это требует проверки. Женщина нам неизвестна.
— Илич — офицер разведки. — Благое стал размышлять вслух. — Вполне возможно, у него здесь собственное задание…
Верочка иронически сощурилась.
— Возможно. Тогда почему он упорно висит у вас на «хвосте»?
— Ошибки быть не может?
— Исключено.
— Странно.
— Особенно, если учесть факт, что Илич и его дама тоже поселились в «Златной котве». Их номер рядом с вашим.
— Я их не встречал, а хозяйка о них ничего не говорила.
— Вы интересуетесь соседями?
— Регулярно.
— Обо мне вас поставили в известность?
— Да, сообщили, что рядом занимает номер фрау из Гамбурга. Старая клиентка.
— Верно, так это и есть. Выходит, повод для размышлений имеется. Но я могу предположить одну причину.
— Какую?
— Вам известна фамилия Зорана Вуковича?
— Вукович? Да, он был в группе спецназа, которой командовал Илич. Потом погиб во время рейда в тыл мусульман.
— Нет, он погиб всего несколько дней назад. На Голетане, неподалеку от горы Дебела Глава. Погиб как командир карательного мусульманского отряда. Собственные бойцы называли его делибашем.
— Я в это мало верю, фрау Шредер. И потом, при чем Вукович, если за мной следит Илич?
— При том, что Илич был агентом Вуковича в главном штабе. Вот взгляните.
Верочка вынула из сумочки и протянула Благое затянутую пластиком карточку удостоверения.
— Фотография вам знакома?
Благое бросил взгляд и кивнул.
— Да, это Вукович.
— Теперь прочитайте фамилию.
— Турчинич Халед… Странно… — И тут же, взглянув прямо в глаза Верочке, спросил жестко: — Что вы еще от меня хотите?
— Только одно — предупредить об опасности.
— Тот, кто сообщил вам пароль, больше от меня ничего не хотел?
Верочка улыбнулась понимающе.
— Вы имеете в виду недостающие цифры? Нет, мне узнавать их у вас не поручено. Тот человек придет к вам сам, в день, который оговорен заранее.
— Спасибо, фрау Шредер. Теперь я вам верю.
Они расстались. Благое спустился в холл и стал о чем-то беседовать с хозяйкой гостиницы. Верочка вернулась к себе. Когда она закрывала дверь, ее спину заметил Илич, выглянувший из номера в коридор. Потом он сбежал по лестнице и, не скрывая озабоченности, спросил хозяйку:
— У вас новая гостья? Кто она?
Хозяйка сразу уловила нотку неудовольствия в его голосе. Ей не хотелось терять постояльца, и она уверенно ответила:
— Наша старая клиентка из Гамбурга. Немка. Приезжает не первый год.
Илич успокоился: немка его планам помешать не могла. Он попросил хозяйку принести в номер бутылку вина, две порции жареной рыбы и овощной салат. Затем вернулся к себе наверх.
Благое Илич перехватил в коридоре в момент, когда тот вернулся из города и открывал дверь номера. Илич появился за его спиной.
Ударил профессионально — сильно и без замаха. Резиновая дубинка тупо тюкнула по затылку Благое. Тот не ожидал удара и не смог его парировать или хотя бы ослабить. Он запомнил только глухой взрыв где-то внутри под черепом, и мир уплыл в приятную беззвучную темноту. Илич подхватил падавшего Благое под мышки, протащил в комнату. Милена, подозрительно оглядевшись, вошла за ними. Щелкнул, закрываясь, замок.
Илич опустил пленника на пол. Быстро раскрыл чемодан, достал оттуда наручники, блестевшие никелем. Милена остановила его жестом.
— Не надо наруквицы. Свяжи шнуром.
Илич бросил браслеты в чемодан, вынул оттуда крученый нейлоновый шнур зеленого цвета. Нагнулся, ловким быстрым движением стянул руки Благое крепким узлом. Подвинул стул и сел на него.
— Теперь подождем, пока он придет в себя.
— Идиот! — Милена в который уже раз психанула. — Чего ждать?!
Она сходила к раковине, наполнила водой белый пластмассовый стаканчик. Вернулась. Остановилась в изголовье Благое и тонкой струйкой стала лить воду на его лицо. Благое очнулся, открыл глаза. Поначалу ничего не понял, кроме того что лежит на полу.
Попробовал встать, но обнаружил, что сделать этого не в состоянии. Его руки заведены за спину и туго скручены. Затылок жгла острая боль.
— Ожил?
Благое увидел склонившееся к нему лицо Илича. На ум сразу пришло все, что ему рассказала немка, но свои знания он постарался не выдать.
— Звездан?! — В голосе Благое прозвучали усталость и удивление. — Где мы?
От боли в затылке тошнота волнами подступала к горлу. Благое обреченно закрыл глаза.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53