А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 

– прервала его Китти. – Знаю, знаю! Но это не так, Долф, и не стоит об этом больше думать. Вы можете сказать своей маме, что выполнили ее наставления, и я все равно отказалась говорить с вами на эту тему.
Он покачал головой:
– Не понимаю. Я думал. Вы считаете, я неспособен думать, но я способен. Только и делаю, что размышляю! Я думал об этом. Вы не можете видеться с Ханной – и мое существование теряет смысл! Единственное, чего бы я не хотел, – это приставлять пистолет ко лбу. Лучше уплыть и не вернуться. В конце концов, дождусь лета – так и поступлю. Однажды меня случайно ранил один рассеянный парень. Мне это не понравилось. А плаваю я хорошо, далеко.
Изрядно перепуганная, Китти присела рядом с его креслом, взяла его за руку и похлопала по ней:
– Нет, нет, Долф! Прошу, не разговаривайте со мной таким образом! Я вас понимаю, я вас прекрасно понимаю! Моя вина, что до сих пор я не сумела вам помочь! Но я постараюсь, я что-нибудь придумаю.
– Правда? – спросил его сиятельство, приободряясь.
– Конечно! – сказала Китти не очень убежденно. Почему на меня все навалилось одновременно? Сначала Камилл, затем Фиш, а теперь… – голос ее сорвался. В голову ей пришла одна идея, она подняла глаза и поглядела его сиятельству в лицо.
– Значит, вы поможете мне, да?
– Подождите, Долф, – произнесла Китти, сдвинув брови. Она размышляла, уставясь в стену невидящим взглядом.
Его сиятельство послушно ждал, преданно глядя на Китти. Неожиданно на ее лице засияла улыбка. Она схватила Долфинтона за руки и произнесла:
– Придумала! Моя бедная, дорогая Фиш! Это же касается ее! Вы женитесь на мисс Плимсток, а Фредди к этому не будет иметь отношения. Вот только, Долф, сумеете ли вы перехитрить вашу маму?
– Вы думаете, я сумел бы это сделать? – спросил он напряженно.
Вы сможете, если я научу, как это сделать, и мы с вами несколько раз повторим то, что надо сказать, хорошо?
– Да, хорошо, – согласился его сиятельство, обрадованный тем, что наконец понял и оценили его метод. – Я хотел бы это сделать.
– Надо очень постараться. Теперь послушайте меня внимательно, Долф! Я должна сейчас ехать в Арнсайд, и вы отвезете меня туда. Вы скажете маме, что поступили именно так, как она вам сказала, что я согласилась выйти за вас замуж, если только дядюшка Мэтью согласится на это, но я должна поговорить с ним лично, все ему объяснить. Вы поняли, Долф? Отлично! Вы скажете ей, что везете меня завтра в Арнсайд. О, Долф, позволит ли она вам ехать в вашей собственной карете? Я уверена, что почтовые лошади страшно дороги, а вы, наверное, не имеете сейчас крупной суммы денег, как, впрочем, и я.
– Отвезти вас в собственной карете, – повторил он, показывая, что понимает, не сводя глаз с ее лица и пытаясь сосредоточиться.
– Я думаю, она не станет возражать, – решила Китти. – И можно не опасаться, что она с нами поедет, потому что дядя Мэтью поклялся не пускать ее в дом. В последний раз, когда она появилась, он приказал Стобхилу запереть дверь и орал на нее из окон гардеробной, чтобы она уезжала. У бедняжки Фиш начались тогда спазмы, должна признаться, что со стороны дяди Мэтью это было крайне невоспитанно.
– Итак, Долф, завтра вы приезжаете сюда утром в своей карете, очень рано, потому что я хочу выехать из города до полудня. И я сделаю так, чтобы Ханна была здесь, как бы для компании, а мы поедем вместе, все трое! Мы направимся не в Арнсайд, а поедем в Гарстфилд, к приходскому священнику.
– Поедем в Гарстфилд, в дом к приходскому священнику, – согласился его светлость, озадаченный, но полагаясь на Китти.
Она пожала ему руку:
– К Хью, Долф! Он же священник! Он может обручить вас с Ханной, и вы будете в безопасности. Ханна не позволит вашей маме вас мучить! Мама же не станет у вас спрашивать, зачем это вы берете с собой чемодан, – ведь мы останемся в Арнсайде на ночь. Это отличный план, а самое лучшее в том, что Фредди ничего не нужно предпринимать! Вся вина падет на меня, и никто не сумеет обвинить его в этом.
Потребовалось время и терпение, чтобы лорд Долфинтон осознал полностью свою роль; думал он медленно, но когда наконец постиг все детали плана, проникся таким воодушевлением, что Китти с трудом отговорила его сопровождать ее во время визита на Коппел-стрит. Она решила, что значительно разумнее будет ехать одной, мало надеясь на его сдержанность и опасаясь, как бы его присутствие не насторожило невестку Ханны. Уверившись, что он окончательно все усвоил, Китти пообещала немедленно дать ему знать, если мисс Плимсток не сможет поддержать их план по какой-нибудь причине. Она выпроводила его и поспешила немедленно прямо на Коппел-стрит.
Ей повезло, и она застала мисс Плимсток одну, поэтому без труда ей все разъяснила. Мисс Плимсток выслушала и сказала сердечно:
– Не знаю, как вас и благодарить, но думаю, вы догадываетесь, что именно я хочу вам сказать, мисс Чаринг. Можете надеяться на меня. Если ее сиятельство вновь решила запугивать Фостера, у нас совсем нет времени. Я не позволю, чтобы она свела его с ума, это уж точно. А уж вы можете не тревожиться, чем именно я займусь, когда выйду за него замуж. Я позабочусь и об этом! Только пусть наденет мне на палец кольцо, и я уж буду знать, что мне делать! Я не боюсь ее сиятельства и никого вообще. Я не позволю ей стращать бедного Фостера. Наверняка будет много волнения, будут и неприятности, о деньгах пойдут разговоры, но я готова к этому; к тому же у меня есть опытный адвокат, который сумеет нам помочь. А если она захочет, чтобы этот ее доктор сказал, что Долф сумасшедший, то посмотрим, что скажет мой доктор, а он разумный и честный человек. Он не сумасшедший! А если и так, то дело его законной жены позаботиться о нем, и это разумно. – Она решительно тряхнула головой, затем, поразмыслив минуту-другую в полной тишине, как ей нейтрализовать свою свекровь, взглянула на Китти и сказала:
– Я ни слова не скажу своему брату, мисс Чаринг! Он узнает обо всем от леди Долфинтон. Но не стоит, чтобы кто-то увидел меня завтра, выходившей из дома с саквояжем. Я прямо сейчас подумаю, что мне может понадобиться, и соберу все до возвращения невестки. Вы, может быть, будете так любезны отвезти все к себе? Вы, должно быть, знаете, что обычно я хожу за покупками по утрам, поэтому все, что мне пригодится завтра, я отложу сейчас.
Китти с готовностью приняла ее предложение и пошла вслед за мисс Плимсток в спальню, чтобы помочь уложиться. Вскоре она обнаружила, что мисс Плимсток не нуждается в помощи. Она принесла с чердака скромный саквояж, положила его на пол, оглядела свой гардероб, а затем быстро отобрала необходимую одежду. Все было так же быстро уложено в саквояж, и мисс Плимсток сама снесла его вниз; убедившись, что слуг поблизости нет, она вышла вслед за Китти из дома, говоря быстро:
– Я понесу саквояж, пока мы не встретим экипаж. Вскоре подъехал городской экипаж, и мисс Плимсток вновь сильно пожала руку Китти, на прощанье сказав энергично:
– Мне бы хотелось вам тоже чем-нибудь оказаться полезной! – и ушла.
Конечно, Китти знала, Мег начнет ее расспрашивать, с чего это вдруг Китти решила ехать в Арнсайд прежде, чем Фредди вернулся в город, – так и произошло. Выслушав с изумлением пространные объяснения Китти, она потребовала, чтобы та сказала ей всю правду, заявив, что столь неправдоподобной истории в жизни своей не слышала.
– Но, Мег, я решила, что обязана немедленно ехать к Фиш! С ней что-то стряслось! А Фредди наверняка не захочет сразу же уезжать, вернувшись из Оксфорда.
– Китти, это мне понятно! Я предупреждала Фредди, что вы можете сбежать с Долфинтоном, если он не предпримет должных мер предосторожности, но я не думала, что такое все-таки случится.
Китти засмеялась:
– Ну что за чепуху вы несете. Обещаю, что ничего подобного не произойдет. Мег, вы можете быть совершенно спокойной, потому что я попросила мисс Плимсток ехать вместе со мной и обеспечить мне должную поддержку, чтобы были соблюдены приличия.
– Вы имеете в виду ту странную особу, которая однажды явилась сюда и повела вас на прогулку? – спросила Мег. – Не хочу вас обижать, Китти, но должна вам заметить, что у вас очень странные друзья. И эта особа поможет соблюсти приличия? Чушь! Такое впечатление, что вы собираетесь ехать в Шотландию, а не в Арнсайд. Хотелось бы узнать, что у вас на уме? Я больше чем уверена в том, что не стоит вам разрешать эту поездку. Я не знаю, как к этому отнесется Фредди, но у меня могут быть большие неприятности.
– Нет, Фредди к этому отнесется спокойно, – заверила ее Китти. – Кое-что он знает о происходящем, а я напишу ему письмо, которое оставлю для него у вас, Мег. В письме я все ему объясню. Я не собираюсь делать ничего такого, что бы ему не понравилось. Я бы не смогла!
– Если ты думаешь, что он не станет возражать, зачем тогда делать из этого секрет? – спросила Мег логично.
– Потому что вам лучше всего ничего не знать об этом, – объяснила Китти.
Мег со стоном запротестовала:
– У меня никогда не было обмороков, но, боюсь, я сейчас упаду… Вы совершаете что-то ужасное, Китти.
– Вовсе нет! Вероятно, кто-то так и скажет, но ни Фредди, ни вы, когда узнаете, я уверена. Как я могу сделать что-то ужасное, если мисс Плимсток едет со мной? Даю слово, я вернусь на следующий день.
Мег немного смягчилась. Она сделала несколько попыток в течение дня выведать у Китти ее секрет, но Китти лишь отмахивалась и посмеивалась. Это утомляло Мег, но и успокаивало: вряд ли бы Китти посмеивалась, будь у нее на уме что-то ужасное. Поэтому Мег прекратила свои расспросы и, пожав плечами, сказала:
– Отлично! Но мне все равно это не нравится, и прошу помнить, что я вас предупреждала, если вы все же окажетесь в неприятной истории.
– Не окажусь! – сказала Китти, трудясь над письмом к Фредди.
Вскоре она уже исписала несколько страниц элегантной почтовой бумаги Мег, с золотым тиснением. Она решила рассказать Фредди обо всем, не опуская ни одной детали, которые ему, наверняка, понравились бы, – например, о том, как ловко она придумала поехать в карете леди Долфинтон, не вызвав у нее ни малейшего подозрения, и про жалкое лицо Долфа, когда он решил сделать ей предложение.
На следующий день она, конечно, страшно волновалась и не удивилась бы, если с визитом к ней пришла бы леди Долфинтон, чтобы выяснить всю правду. Доверить Долфинтону столь важную часть замысла – казалось ей теперь делом безнадежным. Однако, когда мисс Плимсток прибыла на Беркли-сквер к десяти часам и услышала об этих опасениях, она произнесла голосом, полным уверенности:
– Он не в состоянии быстро все понять, мисс Чаринг, но если уж какую-то мысль ему внушили, а вы в этом наверняка преуспели, он ничего не забудет. Вот только он, вероятно, очень возбужден и боится, как бы мать обо всем не прознала.
Она была права относительно и первого, и второго обстоятельств. Через двадцать минут к дому подкатила дорожная карета, из нее выскочил лорд Долфинтон и с видом зайца, которого настигают гончие, поспешил к парадной лестнице. Вскоре его ввели в гостиную, где сидели Китти и Ханна, которые, едва дождавшись ухода Скелтона, воскликнули обе разом:
– Вы сделали это! Достали карету! Провернули дельце! Запомнили все, что вам было сказано!
– Ну вот, – подытожила Ханна материнским тоном. – Ты отлично со всем справился, Фостер, я была уверена, что именно так все и произойдет. Теперь же ты можешь чувствовать себя совершенно спокойным.
– Нет, не могу, – сказал он, вытирая бледное лицо скомканным платком. – Я боюсь, что она приедет за мной.
– О, дорогой, она этого не сделает, потому что она ничего не заподозрила.
Его сиятельство продолжал смотреть на нее:
– Она послала со мной Фингласса! – произнес он. – Он за мной шпионит! Я не осмелился сказать, что мне он не нужен. Иначе она бы мне не поверила.
– Вот и хорошо, – произнесла спокойно мисс Плимсток.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51