А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 


Машина начала петлять по асфальту, потому что Иешуа, как и его сестра, повернул голову, чтобы недоверчиво взглянуть на Стивена.
— Забыл? — Юдифь не верила ни одному его слову.
Стивен вздохнул:
— Я действительно забыл. Я забыл это сказать, когда показывал профессору мою находку, а потом, когда я рассказывал всю эту историю вам, я опять об этом забыл. Это действительно странно.
— Ну и? Сейчас-то ты вспомнил? Выкладывай!
Стивен переводил взгляд с брата на сестру. Глаза Юдифи блестели в темноте догадливо и желанно, похожие на два глубоких тёмных озера. Иешуа смотрел вперёд на дорогу и казался напряжённым, словно очередная волнующая история была ему нужна так же, как больному-сердечнику повестка об уплате налогов.
Но уж таково свойство приключений. Приключения и адреналин неразрывно связаны одно с другим. И ведь Иешуа был израильтянином, жителем страны, подвергавшейся постоянной угрозе, и он, пожалуй, был настолько же привычен к стрессу, как нью-йоркский биржевой маклер. Стивен решил не щадить его. Может быть, просто странное освещение было виной тому, что Иешуа казался таким напряжённым.
— В пластиковой упаковке, — начал он, — была не только инструкция по применению.
Юдифь издала придушенный звук:
— Я так и знала.
— Я правда забыл об этом сказать, — уверял Стивен. — Просто забыл. Может быть, моё подсознание хотело это утаить, я не знаю.
— Давай я отгадаю, что там было ещё. Карта местности. С крестиком, указывающим, где тайник.
— Нет. Всего лишь несколько сложенных, истлевших листков бумаги.
Иешуа простонал:
— Истлевших!
— Да. Это было первое, что я увидел, когда разрезал мешочек. Не знаю, как я вообще на это пошёл, это было безумие, но я вытянул бумаги пинцетом. И тут на виду оказался этот фирменный логотип SONY… He знаю, почему, но это каким-то образом стёрло всё остальное. В голове больше не было места, чтобы подумать ещё про другие бумажки.
— И где они теперь, эти другие бумажки? В мусорной корзине?
— Нет, я просто положил их в мой ящик для находок, поверх земли, которую смёл туда перед этим. И ящик до сих пор ещё стоит у меня под кроватью.
— Ну ничего себе, — сказала Юдифь.
— Профессор будет не в восторге, когда ты явишься к нему с этим только теперь, — сказал Иешуа, огорчённо качая головой. — А после того, что ты рассказал об этом Джоне Кауне… Ну, не знаю. Тебе придётся ещё поработать над этой легендой, отшлифовать её, придать достоверности. Ну, чтобы он не оторвал тебе голову.
Сильный удар сотряс машину и так перегрузил амортизаторы, что раздался стук. Тца-данг. Иешуа сбросил газ. Ещё одна яма. Тца-данг. Тца-данг.
Стивен медленно вдохнул и выдохнул, пережидая толчки. Он облизнул губы, прежде чем ответить Иешуа.
— А я не собираюсь говорить им об этих бумагах. Ни Кауну, ни профессору.
Тца-данг.
Ему показалось, что сквозь шум мотора он услышал, как кудри на затылке Юдифи потрескивали, вставая дыбом. Тца-данг.
— Стивен, ты меня неправильно понял, — с трудом произнёс Иешуа. — Я хотел сказать, что ты забыл про бумаги в первый момент от испуга… Это тебе простят. От шока с каждым могло такое случиться. Это не причина, чтобы и дальше умалчивать. Ведь эти бумаги могли быть записками умершего, может быть, его дневником! А если он на самом деле был путешественником во времени, тогда там, может быть, есть указание на место, где спрятана камера!
Стивен с ухмылкой кивнул:
— Ещё бы.
— Да, но… — Иешуа повернул голову, с ужасом посмотрел на Стивена сбоку. — Ведь ты же препятствуешь…
— Иешуа, прошу тебя! Следи за дорогой! Если ты сейчас завезёшь нас в пропасть, то бумаги действительно попадут в мусор вместо твоей лаборатории.
— Да, да. При чём здесь моя лаборатория?
Юдифь хрюкнула:
— Он хочет исследовать их на свой страх и риск! — нетерпеливо сказала она. — Стивен Фокс, наш отважный искатель приключений, хочет всех опередить.
Иешуа больше не мог удерживать взгляд на дороге.
— Это правда, Стивен?
Машина выписывала кренделя по ухабистому участку дороги. Стивен вздохнул. Слава Богу, никто не ехал навстречу.
— Пораскинь мозгами. Для чего, ты думаешь, Джон Каун примчался сюда? Ради значительной археологической находки? Или оттого, что в нём вдруг проснулась страсть к исторической науке? Иешуа, Каун — бизнесмен, и его единственная страсть — это прибыль. Я знаю, ты не следишь за такими сообщениями в газетах, а я слежу: собственно, сегодня он должен был находиться в Мельбурне, в Австралии, чтобы вести переговоры о приобретении самого крупного австралийского газетного концерна. Ему пришлось отказаться от этой поездки. А если такой человек, как Джон Каун, отказывается от запланированного дела, это значит, что он учуял где-то большую выгоду.
— Ну и что? Он хочет найти видео и быть первым, кто покажет это по телевизору. Это естественно — что можно против этого возразить?
— Ничего.
— И допустим, что ты найдёшь видео раньше него — ты-то что собираешься с ним сделать?
— Да уж найду что, не сомневайся.
Юдифь сухо вставила:
— У меня такое чувство, что ты сам себе хочешь доказать, что ты хитрее всех. Хитрее Джона Кауна, будь он хоть какой миллиардер.
— Ерунда, — ответил Стивен, правда, не очень решительно.
То, что она сказала, имело горький привкус правды. Он сам не вполне сознавал свои мотивы, но они были не так далеки от её догадки.
Но, чёрт возьми, он ведь и правда не лыком шит — и всегда был парень ловкий. И вот сейчас сюда приехал этот Джон Каун, которого деловая пресса уже много лет подряд выставляет абсолютным гением, этакой достойной всякого поклонения смесью беспощадного интеллекта и безудержной пробивной способности. Этим человеком не уставали восторгаться газеты всего мира: он был прототипом менеджера XXI века. Когда ещё — если вообще — жизнь предоставит Стивену возможность помериться силами с таким человеком?
Он посмотрел сбоку на Иешуа, который наконец снова нормально вёл машину по дороге, прорезающей скалистые холмы. Как всегда, в такие острые мгновения жизни бывают востребованы руководящие способности. В одиночку Стивен не справится со своей задачей. Ему нужно завербовать к себе в команду Иешуа. И Юдифь тоже. Не говоря уже о том, что Юдифь он должен заполучить к себе в постель.
— Послушай, — снова начал он, но ему пришлось сперва набрать в лёгкие воздуха, — не надо это усложнять. Давай сперва сами изучим бумаги, а когда узнаем, что в них написано, будем решать, как поступить с ними дальше.
Иешуа покачал головой:
— Не знаю.
— Чего ты не знаешь?
— Мы — это ведь значит я. Ведь ты это хотел сказать. Я должен реставрировать бумаги. Я учился этому, окей, но у меня не такой уж большой опыт. А вдруг я сделаю что-нибудь не так? Что-нибудь испорчу?
— Почему ты должен что-нибудь сделать не так?
— По закону подлости. Всегда что-нибудь получается наперекосяк.
Стивен помедлил. Теперь у него оставался единственный козырь, и он должен разыграть его эффективно, насколько это возможно.
— Но одно вам, надеюсь, понятно, — начал он, переводя взгляд с одного на другую. — Если мы упустим эти бумаги из рук, мы выпадем из игры. И тогда мы больше ничего не получим, никто нас ни о чём не спросит, никто нам ничего не скажет. Короче говоря, тогда всё.
Юдифь расширила глаза. Иешуа с шумом выдохнул воздух, что прозвучало почти как присвист. Стивен заполучил их, обоих.
— Ну? — спросил он, пожимая плечами. — Разве мы хотим этого?
Лагерь лежал во тьме и тишине у подножия гор, как всегда.
Только у палатки охранников, которых привёз с собой Каун, висело несколько тусклых ламп, в свете которых маячило неясное движение.
— Итак, завтра вечером, — повторил Стивен, выходя из машины.
— Завтра вечером начинается шаббат, — сказал Иешуа, вид у которого всё ещё был унылый.
— Только не будь таким ханжой, ладно? — Стивен захлопнул дверцу и встал рядом с Юдифью. Вместе они смотрели, как машина её брата бесшумно катится прочь. Самый громкий звук производили шины, скрипя на камешках. Этот звук эхом отдавался в горах, а может, им это только казалось.
Потом машина превратилась в далёкую точку света. Над ними простирался купол неба, полный звёзд, блистающих, как сундук с драгоценностями царицы. Они медленно двинулись в сторону палаток. Стивен обнял её за плечи, и она не стряхнула его руку, а, казалось, даже приникла к нему. Её волосы пахли пустыней и востоком, таинственными специями из узких закоулочков базара. Он ощущал игру её мускулов под кожей, когда они наугад искали в темноте дорогу, что облегчило его руке путь вниз, и она соскользнула на талию. У неё были крепкие, тренированные мускулы, и он не мог отделаться от чувства, что держит в руках тигрицу. Такая может и растерзать во время секса.
— Стоять! — окликнул их металлический голос.
Они удивлённо остановились. Из темноты выступил мужчина, которого они ещё ни разу не видели. Он был высокий и стройный, на нём был комбинезон цвета хаки без опознавательных знаков и без таблички с именем, волосы у него были коротко острижены, а глаза поразительно голубые — и глядели на обоих так, как будто на самом деле они были лишь блендами, прикрывающими встроенный внутрь его тела рентгеновский аппарат. В руках у него был большой фонарь, который он включил, чтобы посветить им в лицо.
— Кто вы такие?
Стивен сердито жмурился от света:
— Встречный вопрос: а вы кто такой?
Голубые глаза сузились в щёлки:
— Для такого рода шуток уже поздно, мой юный друг. Скажите мне ваши имена и что вам здесь нужно.
— Стивен Фокс и Юдифь Менец. Мы работаем на раскопках. И нам нужно попасть в свои палатки, потому что, как вы правильно заметили, время уже позднее.
— Вы можете предъявить документы?
— Могу ли я…? Нет, не могу.
У Юдифи был с собой паспорт, и она рывком достала его. Человек с голубыми глазами внимательно изучил его и сравнил с именем в списке, который он извлёк из одного из многочисленных карманов своего комбинезона. Кивнув, он вернул ей документ.
— Хорошо, — язвительно сказал Стивен, — а что будет со мной? Вы меня арестуете? Или сразу расстреляете?
— Не надо так волноваться.
Мужчина повернулся к палатке, натянутой над местом находки, и, махнув рукой, подозвал одного из охранников. Тут же одна из тлеющих сигарет погасла, и к ним из темноты подошёл человек с автоматом на плече.
— Проблемы, сэр?
Мужчина с голубыми глазами указал на Стивена:
— Ты знаешь этого молодого человека?
Охранник кивнул:
— Да, сэр. Это один из наших археологов-раскопщиков.
— Ты знаешь, как его зовут?
— Фокс, насколько мне известно, сэр.
— Окей. Спасибо.
Охранник кивнул, коротко и молодцевато, и исчез из круга света карманного фонаря. Мужчина в комбинезоне ещё раз оглядел Стивена с головы до ног, потом милостиво кивнул и пропустил его:
— Можете пройти.
— О, премного благодарен! — раздражённо прорычал Стивен.
Романтическое настроение улетучилось бесследно. Дальше они шагали к палаткам на расстоянии вытянутой руки друг от друга. Тяжёлое молчание покрыло их плотным покровом.
— Того и гляди, они и выход из лагеря запретят, — сказал через некоторое время Стивен.
— М-м, — неопределённо промычала Юдифь.
Опять ничего не получится. Этот эпизод всё испортил. Стивен испытывал бессильную ярость к охраннику, который в своём комбинезоне цвета хаки излучал то физическое превосходство, с которым не справиться никакому изощрённому хитроумию. Не имеет смысла призывать его завтра утром к ответу. В лучшем случае уйдёшь от него с разбитым носом, больше ничего.
Они дошли до палаток, остановились. Стивен встал перед ней, ещё раз обнял, не надеясь этим что-нибудь поправить. Он не мог отделаться от чувства поражения, как ни уговаривал себя, что от него ничего не зависело.
Она посмотрела ему в глаза. Он отозвался на её взгляд, заворожённый её тёмными, как туннель, зрачками, расширенными в темноте и, казалось, впускающими его взгляд вглубь неведомой страны.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85